— Я знаю, ваша профессия подразумевает скрытность, но я не гадаю. Мне червячок один сказал, просто червячок из сада, его все давят, а он все как-то живет — как я. Выходит, что я иду за вами прямо по пятам. Так вам яснее?

— Ага, — сказал я, — если предположить, что меня это волнует.

— Вас наняли с задачей отыскать мою жену.

Я улыбнулся, глядя ему в лицо поверх трубки.

— Марлоу, — сказал он еще серьезнее, — я буду очень стараться, но вряд ли смогу вас полюбить.

— Я плáчу, — сказал я, — от тоски и боли.

— И если вы простите мне домашнее выражение, от ваших замашек крепкого парня просто смердит.

— Мне горько, что это говорите мне вы.

Он откинулся назад и уставился на меня бледными глазами. Поерзал на стуле, стараясь сесть поудобнее. Многие старались сесть поудобнее на этом стуле. Как-нибудь надо будет и мне попробовать. Может, я из-за него теряю клиентов.

— Зачем моей матери разыскивать Линду? — медленно проговорил он. — Она ее не выносила. То есть мать не выносила Линду. Линда вела себя вполне достойно. Что вы о ней думаете?

— О вашей матери?

— Конечно. Разве вы знаете Линду?

— Секретарша вашей матери рискует потерять работу. Болтает не в свой черед.

Он быстро покачал головой.

— Мать не узнает. И все равно без Мерл она не может. Ей нужен человек, которого можно пинать. Она может орать на нее, даже ударить по лицу, но обойтись без нее она не может. Что вы о ней думаете?

— Вроде старого слуги — в старинном смысле.

Он нахмурился.

— Я имею в виду мать. Мерл просто глупая девочка, я знаю.

— Видимо, вы глубоко разбираетесь в людях.

Он, кажется, был удивлен, — почти забыл стряхивать пепел с сигареты. Но не совсем. Во всяком случае, он аккуратно ронял его мимо пепельницы.

— Так что вы думаете о моей матери? — терпеливо спросил он.